Комплект включает в себя все книги из новой серии Ad Marginem «Интеллектуальные путешествия». Пять путешествий начала XX века, где дорога становится способом думать — о культуре, эпохе и самих себе.
Мариэтта Шагинян. Путешествие в Веймар
Документальные очерки Мариэтты Шагинян (1888–1982) о ее восьмидневном летнем паломничестве по гётевским местам в преддверии Первой мировой войны. Молодая писательница проходит по улицам и живописным окрестностям Хейдельберга, Вормса, Франкфурта, Веймара и детально описывает свои впечатления: от звуков трогающегося поезда и лиц прохожих до старинных башен Вормсского собора и гравюр в доме Гёте. Путешествуя по местам рождения германской культуры, вспоминая произведения Шиллера и Гофмана, Бетховена и Вагнера, автор рассуждает о немецкой ментальности, женском вопросе, крестьянстве и месте России в европейском историческом процессе.
Франц Хессель. Прогулки по Берлину
Книга, вышедшая в 1929 году — одно из лучших свидетельств о духе времени двадцатых годов XX века в Германии. В противовес скорости, давлению и ажиотажу Веймарской республики автор предлагает читателю посвятить себя прогулкам, бесцельно бродить вместе с ним по городу. Хессель прогуливается по шумному Берлину, проходит через площади, улицы, фабрики и парки, посещает восточную часть города с задними дворами и рыночными залами, западную с ночными кафе. Фланёр Хесселя учится у города, соединяющего в себе скрытые и явные черты прошлого и будущего, равно как и мимолетного, неуловимого настоящего.
Вальтер Беньямин. Московский дневник
Начав с исследований, посвященных немецкому романтизму, Гёте и театру эпохи барокко, Вальтер Беньямин (1892–1940) занялся поисками закономерностей развития культуры, стремясь идти от конкретных, осязаемых явлений человеческой жизни, нередко совершенно простых и обыденных. Беспокойная натура привела Вальтера Беньямина зимой 1926/27 года в Москву, встреча с которой сыграла важную роль в его судьбе. В этом издании «Московский дневник» дополняют русские переводы других работ Беньямина, связанных с Москвой, и послесловие Сергея Фокина, в котором этот корпус текстов рассматривается в контексте советской культуры того периода.
Роберт Байрон. Сначала Россия, потом Тибет
Эта книга соединяет в себе путевые заметки английского путешественника Роберта Байрона (1905–1941) о России, Индии и Тибете — трех странах, которые в начале 1930-х годов находились на рубеже значительных перемен в обществе и культуре. Приехав в Советский Союз к моменту начала сталинских репрессий, Байрон погрузился в изучение древнерусской живописи. Из страны, являющей собой апофеоз промышленной революции, через охваченную беспорядками Индию он отправился в доиндустриальный Тибет, где Далай-лама укрывался во дворце и передвигался исключительно в паланкине. Байрон предпринял свое путешествие с целью найти альтернативные Западу модели организации жизни общества, и в результате оно вылилось в честный, страстный и визионерский рассказ очевидца об антагонизме двух великих культур и громких исторических потрясениях первой половины XX века.
Альфред Барр, Джери Эбботт. Русский дневник. 1927–1928
Зимой 1927–1928 года в Советском Союзе побывали двое молодых американских искусствоведов — Альфред Барр и Джери Эбботт. Вскоре по возвращении из поездки Барр стал директором новообразованного Музея современного искусства в Нью-Йорке, а Эбботт — его заместителем. Путешествуя по СССР, они вели дневники, где запечатлели культурную ситуацию накануне начала форсированного социалистического строительства и конца эпохи русского авангарда. Барр и Эбботт фиксировали свои впечатления от новинок театрального и кинематографического репертуара и встреч с крупными деятелями советской культуры: Сергеем Эйзенштейном и Всеволодом Мейерхольдом, Моисеем Гинзбургом и Сергеем Третьяковым, Александром Родченко и Варварой Степановой.
Полезное — это, конечно, назначение; истинное — это кратчайшая линия меж замыслом и воплощеньем; прекрасное — это достигнутость, совершенность, где нет ничего лишнего. Не так ли творит природа?
«Прогулки по Берлину» — это эхо всего, что рассказывал город ребенку с первых его дней. Это книга всецело эпическая, мемуар на ходу, книга, для которой память была не источником, но музой.
«Московский дневник» представляет собой, с одной стороны, по выражению Гершома Шолема, «наиболее личный, полностью и безжалостно откровенный документ», с другой же — поразительный литературный текст, повествующий среди прочего о том странном политическо-эротическом превращении, которое пережил в Москве левый немецкий интеллектуал, поддавшись чарам латышской революционерки и самой русской революции.
В рассылке Ad Marginem рассказываем о новинках и акциях, дарим промокоды и делимся материалами:
















