Уильям Генри Дэвис (1871–1940) — знаменитый валлийский поэт и писатель из народа, «профессиональный» бродяга, много лет проведший в скитаниях и перебивавшийся случайными заработками. «Автобиография супербродяги» (1908) принесла автору оглушительный литературный успех, не оставив равнодушным даже маститых писателей: Бернард Шоу откликнулся на «Супербродягу» ярким эссе. Книга была написана всего за шесть недель и вместила в себя шесть лет бродячей жизни. Действие происходит по обе стороны Атлантики — в Англии, Ирландии и Америке. Дэвис открывает перед читателем антимир: жизнь вне классических рамок и необходимости подчиняться законам социума. Похождения героя приходятся на 1893–1899 годы, однако ключевые события того времени словно обходят его стороной. Бродяга живет вне новостей и политики. Главные его заботы — поиск ночлега, пищи, выпивки, обуви и одежды. Главная его ценность — свобода шагать по дороге куда ему вздумается. «Автобиография» Дэвиса предвосхитила многие художественные явление ХХ века: страннические книги Дж. Оруэлла, литературу «битников» — в частности, Дж. Керуака, «Москву — Петушки» В. Ерофеева, дала название рок-группе Supertramp — и не теряет актуальности как образец эскапистской литературы. На русском языке издается впервые.
Прочитав эту книгу, я понял и кое-что еще, а именно: что всю жизнь был рабом условностей. Стоит мне подумать, сколько лет я покорно гнул спину, в то время как мистер Дэвис, этот странствующий рыцарь нашего времени, вольной птицей порхал с крыльца на крыльцо — сразу чувствую себя обманутым и лишенным естественного права на свободу.
Удивительная, незаурядная личность — несмотря на всю видимую скромность, было в нем что-то от простого великолепия и искренности Елизаветинской эпохи, в которую, надо полагать, он бы чувствовал себя как дома. Стоило встретиться с ним однажды, и он оставался, словно отпечатывался, в памяти навсегда… и вспомнить о нем без дружеской улыбки или слезы казалось просто невозможным.
Но тише становился звон монет, редели лица, город исчезал за спиной, и грезы о завтрашнем дне постепенно сменились мирными картинами дня сегодняшнего. Я с удовольствием отмечал и первый настоящий луг вместо стриженных лужаек; и первую птицу, отличающуюся от воробья; и в изгороди лаз вместо бесконечных кованных ворот; и тропинку через выгон, не одетую ни гравием, ни шлаком.
В рассылке Ad Marginem рассказываем о новинках и акциях, дарим промокоды и делимся материалами:















