... моя полка Подпишитесь
19 Марта / 2021

Настя Красильникова о книге Марисы Бейт

alt

Книга Марисы Бейт «Периодическая таблица феминизма» представляет собой краткий обзор истории феминизма, охватывающий все его основные этапы, начиная от борьбы за имущественные и гражданские права для женщин и вплоть до сегодняшнего дня. О концепции Марисы Бейт и о том, есть ли у книги заключение — в рецензии Насти Красильниковой, научной редакторки книги, фем исследовательницы и соосновательницы проекта FEM TALKS.  

Недавно вышла книга Марисы Бейт «Периодическая таблица феминизма». Бейт —  британская журналистка и феминистка, часто выступающая в качестве комментаторки на тв-каналах. Интересно, что в биографии на своем сайте она отмечает любовь к творчеству Ребекки Трейстер, авторки другого феминистского бестселлера «Good and Mad: The Revolutionary Power of Women’s Anger». В нем Трейстер исследует природу женского гнева и его влияние на политику. Бейт тоже отмечает силу злости женщин как катализатора социальных изменений.

Для своей книги она как раз выбирала героинь, которые ставили своей целью именно помогать другим женщинам, а не просто женщин с выдающимися достижениями. То есть помимо личных успехов Бейт была важна ориентированность на других женщин, на борьбу за их права. Тут она ссылается на Одри Лорд, поэтессу и черную феминистку, которая писала:

Я не буду свободна, пока не свободна любая другая женщина, даже если ее оковы кардинально отличаются от моих.

И это важный аргумент для спора с людьми, которые считают, что, если в их жизни все хорошо, то и другие не сталкиваются с угнетением. 

Цель книги — установить и проследить, как изменялись задачи феминизма с течением времени, а также дать заслуженное признание многим фигурам, чьи биографии стерты из мейнстримного исторического нарратива, а голоса не слышны. Бейт использует метафору периодической таблицы, чтобы это сделать, а также обращается к идее волн феминизма. В ее книге их четыре, включая последнюю, то есть четвертую, начало которой отмеряют с 2011 года. Каждая из волн выделена в таблице отдельным цветом. Бейт расширяет метафору периодической таблицы: есть еще одно деление — на катализаторы (это основательницы), проводники (активистки, сплачивающие движение), полимеры (женщины, сражающиеся совместными усилиями) и т. д. 

Важная оговорка — Бейт сразу сообщает, что это именно ее периодическая таблица. Это героини, которые вдохновили и зацепили саму авторку. На мой взгляд, это очень по-феминистски — сразу обозначить позицию, из которой ты говоришь, а не пытаться выдать свой опыт и свою точку зрения за универсальную. 

В книге охвачено более века, и Бейт отмечает, что рассказать истории всех феминисток невозможно. Это не попытка выделить наиболее важных феминисток каждой из волн и охватить абсолютно все значимые события и биографии. Бейт вспоминает слова Глории Стайнем:

Мы связаны, среди нас нет первых и последних.

И все равно наиболее известные феминистки получают изображение, в то время как менее известные — нет. Тем не менее, в книге есть очень много имен, которые незаслуженно забыты и редко упоминаются даже внутри феминистского сообщества. Такое возвращение видимости — в корне феминистский жест. Я тоже открыла для себя много новых персоналий после прочтения. Например, меня поразила история египетской феминистки Наваль Эль Саадави. Она подверглась процедуре женского обрезания в 6 лет. В 1972 году она опубликовала книгу резонансную «Женщины и секс». В ней Эль Саадави с феминистской точки зрения критиковала эту практику, а также использования женского тела и сексуальности в качестве орудия угнетения в Египте. В 1980-х годах Эль Саадави стала принимать участие в издании феминистского журнала Confrontation. Ее приговорили к трем месяцам заключения, в ходе которых Эль Саадави, используя подводку для глаз и туалетную бумагу, написала книгу «Записки из женской тюрьмы». Мое незнание о жизни Эль Саадави, конечно, связано с огромным перекосом в сторону западного феминизма. В основном говорят именно о европейских и американских феминистках, игнорируя незавидный контекст. Бейт пытается этот перекос исправить, рассказывая о разных феминизмах. 

Другой момент — деление на волны. Бейт понимала, что это довольно критикуемая идея в современном феминизме, поэтому решила проговорить, что волны лишь ориентировочно определяют границы исторических периодов. Также она ссылается на Кэтлин Моран и Джули Бинделл, выступающих против концепции волн. О феминизме как о серии волн начали говорить в 1968 году, когда в The New York Times вышла статья Марты Вайнман Лир под названием «The Second Feminist Wave». С тех пор метафора волны прижилась, ведь она помогала связать движение суфражисток с женским движением 60-70-х годов. В своей книге Бейт также преследует эту цель — продемонстрировать связь и преемственность (как временную, так и пространственную) — между поколениями феминисток. 

Однако выделение волн подразумевает, что каждая волна феминизма представляет собой монолит с единой повесткой дня, тогда как на самом деле история феминизма — это история множественностей, которые далеко не во всем совпадают. К тому же в основе выделения временных промежутков — именно западная история, что также делает концепт волн проблематичным. 

Особенно яростно «волны феминизма» критикуют по отношению к современному феминизму. Сейчас укрепляется практика говорения о феминизмах во множественном числе, чтобы подчеркнуть неоднородность движения и уйти от универсализации. Гендерная исследовательница Эйприл Сайзмор-Барбер подчеркивает:

Я не думаю, что мы сейчас находимся в волне. Я думаю, что сейчас феминизм по своей сути является интерсекциональным феминизмом — мы находимся в месте множественных феминизмов. 

И все же волны остаются хорошим объяснительным инструментом для понимания истории феминизма, по крайней мере США. Но необходимо держать в голове тонкости, перечисленные выше. 

Хайлайт первой волны — борьба женщин за право голоса и деятельность суфражисток. В целом этот период можно описывать как завоевание базовых юридических прав: право на образование, право собственности и так далее. Первой страной, где женщины имели политические права, стала Новая Зеландия. Это произошло в 1893 году, и это большая заслуга Кейт Шеппард, о которой Бейт пишет: «В 1893 году она представила в Парламент Новой Зеландии петицию, собравшую рекордные тридцать две тысячи подписей. В том же году обе палаты Парламента проголосовали за принятие Закона о всеобщем избирательном праве, а 19 сентября его подписал генерал-губернатор страны. После успеха в Новой Зеландии Шеппард объехала весь мир, помогая движению суфражисток в разных странах. Сегодня ее изображение можно увидеть на новозеландской десятидолларовой банкноте. Шеппард остается единственной женщиной, изображенной на новозеландских купюрах».

Может сложиться впечатление, что раз сейчас идет четвертая волна, то все перечисленные выше проблемы решены, однако это не так. Например,  в Швейцарии до 1991 года не во всех кантонах женщины имели право голоса. 

Начало второй волны феминизма маркируют 1960-ми годами. Появляется концепция патриархата, источник угнетения женщин — это не только несправедливые законы и институты, но и межличностные отношения, в частности семейные. Бейт пишет: «Имя этому потоку — движение за освобождение женщин, и требований у его участниц немало: нет бездумному существованию в качестве хранительницы домашнего очага; нет подпольным абортам в мотелях с застеленным газетами полом; нет оправданию супружеского насилия и подчинению мужьям; нет стереотипу о том, что женщина годится только на роль жены и не более того. Женщины сходятся вместе и мобилизуют свои силы». 

Третья волна феминизма во многом противопоставляет себя второй. Они критиковали предшественниц за игнорирование вопросов расы и сексуальной идентичности, за слишком сложный язык исследований и «тусовочность». Для третьей волны важна интерсекциональность, доступность (поэтому в рамках этого периода активистки часто обращались к поп-культуре). Начало — 90-е годы. Есть разные точки зрения относительно того, что именно стало началом. Движение riot grrrl, дело Аниты Хилл или статья Ребекки Уокер «Как я стала Третьей волной». Бейт пишет: «Отвергнув постфеминизм и идею о завершенности феминизма по итогам деятельности активисток Второй волны и, следовательно, его неактуальности, Уокер помогла возродить женское движение. После публикации статьи она совместно с такими влиятельными писательницами, как Дженнифер Баумгарднер и Эми Ричардс, основала Фонд Третьей волны». 

Если следовать концепции волн, то сейчас мы находимся в четвертой волне. Ее важнейшее отличие — использование интернета. Действительно, благодаря киберактивизму сейчас феминизм популярен как никогда. Важно, что это по-прежнему маргинализованное движение, женщины все еще угнетены, как бы ни пытались убедить нас в обратном противники движения. Бейт перечисляет проблемы, которые беспокоят современных активисток — «представительство в органах власти, интерсекциональность, права трансгендерных людей, репродуктивные права, насилие по отношению к женщинам, оказание поддержки беженкам, расширение прав и возможностей, предоставление женщинам средств для поддержки экономической независимости, декретный отпуск для отцов, равноправие на рабочем месте, сексуальное насилие в университетах, гендерфлюидность, изменение климата». Эта борьба идет прямо сейчас, возможно поэтому у книги нет заключения — как бы пафосно это ни звучало, мы сами можем своими действиями и активизмом продолжить ее писать.

Все новости и мероприятия издательства

Подписывайтесь на нашу рассылку!

Мы рассказываем о новинках и акциях, дарим промокоды и делимся материалами

Или заполните форму по ссылке

Спасибо за подписку!