... моя полка Подпишитесь
30 Апреля / 2021

Кэти Акер и дух времени. О героине романа «Crudo»

alt

В своем романе «Crudo» Оливия Лэнг с самого начала пишет о протагонистке: «Кэти, под кем я имею в виду себя». Это, впрочем, не совсем так: в героине книги легко угадывается Кэти Акер — американская писательница и панк-поэтесса. Журнал Ad Marginem проследил за развитием персонажа и узнал, как проблемы Кэти помогают уловить дух настоящего — и весьма беспокойного — времени. 

В своих интервью Лэнг подтверждает, что ее Кэти — наполовину Акер, наполовину сама Лэнг. По словам писательницы, в книге она «отдала собственную жизнь» персонажу Акер. В реальности несколько недель лета 2017 года проживала Оливия Лэнг — в романе их проживает Кэти Акер. Получился сплав двух характеров в одном, приправленный цитатами из книг самой Акер, ее писем и твиттера Дональда Трампа. 

Глазами Кэти мы видим 2017 год — время политических катаклизмов и всеобщей напряженности. Кэти чутко реагирует на происходящее вокруг и не может не соотносить события в мире с собственной жизнью. Она донельзя неравнодушна и эмпатична. Ее с равным успехом тревожат как собственные неудачи и несовершенства, так и всеобщая несправедливость. 

Кэти боится, что Ким Чен Ын сбросит атомную бомбу, ее злит любое проявление шовинизма, а больше всех ее раздражает американский президент Трамп, «сторонник белого превосходства». Не без затаенной ярости Кэти — а вместе с ней и Оливия Лэнг — подмечает бессмысленность поступков и слов американского лидера. Трамп ей не просто неприятен, он становится символом всего, что бесит Кэти. Она не может удержаться от того, чтобы не описывать его «белесые глазенки», удивляясь: как это стало реальным? Как стало возможным все то, что происходит? 

«Кэти представлялось, что в скором времени миром будут править силовики, бедные страны сотрет с лица земли изменение климата, а либеральная демократия, в которой она выросла, окажется слишком хрупкой, окажется коротким экспериментом в кровавой истории человечества».

Жизнь Кэти, кажется, в полном порядке — но лишь на первый взгляд. Она живет богато и комфортно (и презирает комфорт), отдыхает в Италии (и ненавидит собственную праздность), работает в сфере искусства (и с горечью называет собственную жизнь «окультуренной»), выходит замуж за человека, который ее по-настоящему любит (и не перестает думать о сексе с экс-любовником). Героиня «Crudo» постоянно рефлексирует по поводу собственной внешности (она бесстрастно обзывает саму себя «пидором с сиськами»), у нее сложности по части коммуникации.

Складывается ощущение, что Кэти — двойное отражение в зеркале, подпитанное иронией и горечью. Лэнг по-писательски беспощадна к себе и человеку, ставшему прототипом для ее персонажа. Впрочем, гораздо интереснее здесь Кэти-Акер, чем Кэти-Лэнг. 

Оливия Лэнг превращает роман в протрясающий, смешной и грубый рассказ о любви во время апокалипсиса.
Crudo
Оливия Лэнг
Читать

У Кэти рак груди, и напоминания об этом тут и там всплывают в тексте (настоящая Акер умерла через год после того, как ей диагностировали рак). Но это ее беспокоит не так сильно, как фотографии умирающих людей в новостях. Лэнг описывает это чуть отстраненно, тем самым увеличивая ужас от происходящего. Она замечает: сегодня не то время, когда подобное можно игнорировать. Еще несколько лет назад получалось не обращать внимание, но сейчас, когда медиа и интернет настолько развиты, прятать голову в песок уже нельзя. И Кэти широко открывает глаза и смотрит в лицо зверствам, происходящим на Земле. Раз за разом она совершает одну ошибку — читает новости, едва проснувшись. 

«Линчевание восьмилетнего мальчика смешанной расы в Нью-Гемпшире. По словам Лорри Слэттери, бабушки пострадавшего, он играл с группой детей и подростков, когда они стали обзывать его расистскими прозвищами и бросать в него палки и камни. Один из детей забрался на стол для пикников, и они обвязали ему шею веревкой от качелей и столкнули со стола. Он трижды качнулся из стороны в сторону, прежде чем смог высвободиться из петли. Никто из подростков не пришел ему на помощь. К истории прилагалась фотография, фиолетовые следы на тонкой шее».

И тем не менее Кэти ничего не может сделать. Все, что ей остается, — это описывать, в том числе, собственное впечатление от увиденного. Собственную боль от пребывания в несправедливости, которая поражает других. Мысли о собственной смерти неразрывно связаны с размышлениями о северокорейских атомных бомбах. Кажется, Кэти не может по-настоящему жалеть себя, не жалея при этом весь мир. «Как можно быть счастливым, зная склонности людей, их готовность к насилию?» — спрашивает она. 

Героиня «Crudo» ищет, куда сбежать от навалившихся на нее трудностей и жестокого инфошума, и она находит приют в лице мужа — единственного, пожалуй, персонажа, о котором Кэти говорит с любовью (правда, не без толики ласкового снисхождения и некоторой жалости). Эта любовь, во многом материнская, почти спасает ее. 

Однако спасти ее полностью, видимо, не может ничто. Даже признавая, что ее муж самый умный и добрый человек из всех, кого она встречала, Кэти оскорбляет его и ненавидит, потому что не может разрешить себе любить. 

«Она не имела представления, что делать с любовью, она переживала ее как вторжение, как прелюдию к потере и боли», услужливо объясняет нам Лэнг, рисуя портрет неспокойного поколения. Когда муж в машине говорит Кэти, что ему нравится смотреть на ее грудь, она не разговаривает с ним всю дорогу до дома. А затем отвечает: «Мне нравится смотреть на твои крысиные лапки». 

Все новости и мероприятия издательства

Подписывайтесь на нашу рассылку!

Мы рассказываем о новинках и акциях, дарим промокоды и делимся материалами

Или заполните форму по ссылке

Спасибо за подписку!