Михаил Котомин

издатель Ad Marginem, продюсер фестиваля «Контур»

Мы живем в эпоху невероятного технологического взрыва, порожденного четвертой промышленной революцией и усиленного мировой пандемией, насильно вытолкнувшей всех в виртуальное цифровое пространство. Информационные потоки пронизывают нас, создавая вокруг новую, тотальную и необычайно насыщенную медиасреду.

В этой паутине, в которой фиксируется всё и всё имеет значение, большие перемены, парадоксальным образом, почти не улавливаются. Будущее наступило незаметно, оно оказалось неотличимо от прошлого — точнее, от той хонтологической футурологии в духе видеозвонков, звуковых книг, летающих такси и говорящих роботов, в которой мы живем уже не первое десятилетие.

Фантастика 1980-х реализовалась буднично и как бы между делом, вымысел обернулся реализмом, всё это мы уже где-то видели или читали. Интернет и цифровые технологии радикально поменяли социальные отношения, способы коммуникации и старые медиа, в том числе книгу как основной «канал распространения» литературы.

А что, кстати, с самой литературой? Изменилась ли она, так же как изменилось кино, театр и искусство, или мы по-прежнему черпаем вдохновение в вымышленных героях и коллизиях? Может быть, литература возвращается к поэзии, с которой она начиналась, или, наоборот, станет фактографией, как мечтали русские авангардисты двадцатых годов прошлого века?

Когда-то английский романтик Сэмюэл Кольридж сформулировал один из главных принципов действия литературы: suspension of disbelief, приостановка неверия, которое помогает читателю погрузиться в другие миры. Современный читатель гораздо тревожнее и мнительнее своих собратьев из XVIII века. Для того чтобы приостановить его неверие, некоторых элементов реальности, инсталлированных в выдуманную фабулу, уже недостаточно, — ему нужна вся полнота, «абсолютное сейчас» со всеми его фактами и мнениями.

Сознание читателя, изрядно потрепанное информационным штормом слов и картинок, льющихся нескончаемым потоком с экранов, воспринимает сегодня художественный текст как часть этого потока, пытаясь обрести в чтении ответы на вопросы самоидентификации, научиться искусству быть современным.

Критики придумывают всё новые и новые определения: милениальный роман, biofiction, autofiction, theory fiction, дневники наблюдений за природой, биографии вещей или года, чтобы описать, какие формы принимает литература сегодня. Ясно одно: нам по-прежнему необходима литература, мы продолжаем глядеться в ее заколдованное зеркало. Иногда мы видим там себя, иногда — собственных демонов. Мы без устали извлекаем скелеты из шкафов ее бездонного архива, которые на глазах обрастают новой плотью — смыслами.

Машина памяти и машина воображения продолжают исправно работать, пусть топливо теперь заменено на более экологическое, вырабатываемое безотходными отношениями читателя и писателя. Осмотреться в глобальном мире новой-старой литературы, исследовать линию горизонта, острова, проливы и бухты современного чтения — вот задачи нашего международного фестиваля, бумажный тизер которого мы готовы представить вашему вниманию. Давайте заполнять эту контурную карту вместе! 

читайте также:

Фестиваль «Контур» 2022: программа и участники

28 Января / 2022

Переписка Изабель Грав и Бригитты Вайнгарт об автофикшене в современной литературе

25 Января / 2022

Против течения: писательницы о первом воспоминании

21 Января / 2022

Сообщение Манифест Михаила Котомина появились сначала на Ad Marginem.