Новый паблик импринта «А+А» в VK и Facebook

Разыгрываем три комплекта реконструированных изданий детских книг 1920-1930-х годов. Все подробности на наших страницах в социальных сетях.

Импринт «А+А» — коллаборация дизайн-студии ABCdesign и издательства Ad Marginem. Сотрудничество началось с проекта реконструкции советских детских книг 1920-1930-х годов, призванном, с одной стороны, привлечь внимание к шедеврам отечественной графики, а с другой — передать творческий импульс изобретательных и революционных детских книг эпохи авангарда в современность. С конца этого года «А+А» займется выпуском уже современных детских книг. В центре внимания импринта — качественно проиллюстрированный нон-фикшн, способный в игровой манере рассказать детям о фактах культуры, природы и искусства, увлечь детей на различные территории знания, возбудить в них интерес к обучению и открытиям.

Добавлено: 22.06.17

Евгений Шварц, Алексей Пахомов. Лагерь

Книга Шварца и Пахомова была первой не только в биографиях писателя и художника, она также оказалась прорывом в книжном дизайне, образцом для последующих детгизовских опытов. Влияние В. Лебедева на Пахомова неудивительно, если вспомнить, что Алексей Федорович — его воспитанник по Петроградскому ВХУТЕМАСу (1920–1921). [...]
Вся книжка «Лагерь» построена на двух цветах, и при этом ее полосы напоминают репродукции с живописи. Причина — литографская печать, оттиски делались с камней, они роскошно передают фактуру материала, живость зерна литографского камня. Красно-черные заливки хорошо гармонируют с проработкой а-ля сухая кисть. Секрет художника еще и в найденном способе передачи пространства: плоскостное решение композиций восходит к древнерусским иконописным клеймам, к «праздникам» со складней. Пахомов с детства видел и глубоко любил старую икону.

И. Галеев

Добавлено: 15.06.17

Александр Введенский, Елена Сафонова. Путешествие в Крым

Введенский и Сафонова легко нашли общий язык и нужную интонацию, прекрасно дополнили друг друга. В их изложении незамысловатая история о поездке двух братьев из холодного Ленинграда на юг превратилась в увлекательное, динамичное, красочное, эмоциональное повествование. Главный, пожалуй, мотив книги — радостное удивление, которое испытывает ребенок, открывая для себя все новые красоты и чудеса окружающего мира. Авторы не дают портретных и психологических характе ристик героев, но особенности детского мышления очень точно воспроизводятся в капризно-изменчивой ритмике стихов, в частых повторах отдельных слов и строк, в быстрой смене планов и ракурсов. А еще — в звучности цветовой гаммы, в обобщенной трактовке фигур и пейзажей, в отказе от несущественных подробностей. Страницы буквально переполнены стремительным движением, воздухом, светом, брызгами морской пены. Здесь торжествует то светлое, свободное, жизнеутверждающее начало, которого так катастрофически не хватало в реальной жизни тех лет и в судьбах самих авторов.

Д. Фомин, ведущий научный сотрудник Российской государственной библиотеки

Добавлено: 15.06.17

НОВЫЕ КНИГИ

Джон Бёрджер

Блокнот Бенто

Джон Бёрджер — британский арт-критик, писатель и художник. Его роман «G.» получил Букеровскую премию в 1972 году, а сборник эссе «Ways of Seeing» лег в основу одноименного телесериала на «Би-би-си» и вошел в обязательную программу искусствоведческих отделений университетов Англии и США. «Блокнот Бенто» — книга живого классика — посвящена изучению того, как рождается импульс к рисованию. По форме это серия эссе, объединенных общей метафорой. Бёрджер воображает себе блокнот философа Бенедикта Спинозы, или Бенто (среди личных вещей философа был такой блокнот, который потом пропал), и заполняет его своими размышлениями, графическими набросками и цитатами из «Этики» и «Трактата об усовершенствовании разума».

Мишель Фуко

Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы

Более 250 лет назад на Гревской площади в Париже был четвертован Робер-Франсуа Дамьен, покушавшийся на жизнь короля Людовика XV. С описания его чудовищной казни начинается «Надзирать и наказывать» — одна из самых революционных книг по современной теории общества. Кровавый спектакль казни позволяет Фуко продемонстрировать различия между индивидуальным насилием и насилием государства и показать, как с течением времени главным объектом государственного контроля становится не тело, а душа преступника. Эволюция способов надзора и наказания постепенно превращает грубое государственное насилие в сложнейший механизм тотальной биовласти, окутывающий современного человека в его повседневной жизни и формирующий общество тотального контроля.

ЧТО ПИШУТ В БЛОГЕ

Пятничное чтение: Дэвид Гребер

Послесловие авторак новому изданию 2014 годаКогда летом 2008 года я впервые задумался об этой книге, я много размышлял о приближавшемся тогда финансовом обвале. Многие люди, интересовавшиеся этими вопросами, признавали, что крах в той или иной форме неизбежен — разумеетс...