Что же ты со мной делаешь, весна

kasparov.ru о "Весне" Павла Пепперштейна

Отто фон Штрилиц, он же майор Исаев, в мае 1945 года в Берлине, куда входят советские войска, разрывается между желанием сорвать с себя ненавистный черный мундир и рухнуть в объятия Родины и привязанностью к своим сослуживцам-нацистам, которые за долгие годы успели стать для него настоящими друзьями. Друзья стреляются в соседних кабинетах. На все это накладывается острое, почти сексуальное ощущение весны, пробуждающейся природы и начала чего-то нового. В итоге горько скорбящий о погибших коллегах-эсэсовцах и одновременно пьяный от победы Советского Союза и мая Штирлиц-Исаев все-таки пускает себе пулю в висок. "Виновата она, весна", как пел Юрий Шевчук.

подробнее

Ленин и Колобок

Шиш Брянский о сборнике "Весна"

Малая проза теперь в России, за редкими исключениями, не котируется. Шансы на внимание со стороны читательских масс имеют, как правило, авторы романов и увлекательного нон-фикшна, но не новеллисты. Не стал мегасенсацией и новый сборник Павла Пепперштейна «Весна», но от этого его рассказы не перестают быть прозой высшей пробы – изобретательной, изящной и по-настоящему оригинальной.

подробнее

Там, где нас нет

рецензия на "Дорогу в Ауровиль" М. Шевцова в газете "Книжная витрина"

Издательство «Ад Маргинем» выпускает уже не первую книжку очарованного побережьем Индии россиянина, и это закономерно. Расслабленные записки из Гоа — суть маргиналии, написанные маргиналами. Вот и известный музыкант Михаил Шевцов пишет свою необязательную книгу, выпав из социума. Его «документальный роман» представляет собой попытку освоения иной деятельности и приобретения нового статуса. Меняя музыку на литературу, автор берётся за всё, что может представлять какой-то интерес для читателя. И хотя в качестве эссеиста он выглядит несколько наивно, как внимательный путешественник Шевцов весьма хорош. «Дорога в Ауровиль» — не столько книга о духовных исканиях, сколько симпатичный, внушающий доверие путеводитель.

подробнее

Лев Данилкин в блоге афиши о "Весне"

Естественнее всего махнуть на «Весну» рукой. Да что там на «Весну»: на всю пепперштейновскую «литературу» вообще. Ну да, еще одна порция концептуалистского космического мусара, который станет болтаться на орбите - и на который просто не следует обращать внимания: другие времена, другая эстетика, другие шутки даже; если и не стопроцентная графомания, то эстетический анахронизм чистой воды. Сами знаете, сейчас принято воспринимать концептуализм как тупиковое направление искусства – побочный эффект разрушения советской Вавилонской башни; искусство несамостоятельное, могущее существовать только на обломках того, Большого Стиля.

подробнее

Молдавский литературный блог madrizen о Зазе Бурчуладзе

Зазаизм
Трудно судить о том, что хочет сказать Дада Бурчуладзе. Ох, извини, Заза Бурчуладзе. Если «Растворимый Кафка» поддаётся хоть какой-нибудь да расшифровке (вопреки впечатляющего набора мата), то «Фоногамма» и «Семь мудрецов» представляют собой чистейшей воды зазаизм. Опять извини, дадаизм.

подробнее

И на выжженных полянах растут цветы

В Москве прошла 3-я Зимняя книжная ярмарка, организатор которой - издательство Ad Marginem

Из метро "Бауманская" направо, на Бакунинскую, потом пара кварталов до Спартаковского, через подземный переход налево до Переведеновского - и ещё пилить, пилить, пилить: по московским предвесенним хлябям, меж серых коммунально-фабричных домов времён совнархоза, пока не дойдешь до некоей Фабрики, у которой всё давно в прошлом, а из будущего - только то, что она дала имя этому проекту. Proekt Fabrika, проходная 1. Здесь, в сюрреальном уже по своему по названию Зале Грунтовальной Машины, и поселилась в эти последние выходные февраля 2010-го 3-я Зимняя книжная ярмарка Ad Marginem (http://admarginem.ru/news/1294) с, на первый взгляд, загадочным своей архаичностью девизом "Сделай сам!".

подробнее

Ярмарка малых издательств «Сделай сам!»

Репортаж о зимней ярмарке Ad Marginem канала "Культура"

Более тридцати процентов россиян вообще не читают книг – таковы результаты социологических исследований. Но может ли эта цифра быть меньше, если издателю и читателю, порой, просто негде встретиться? По данным Ассоциации книгоиздателей России – в стране, входящей в мировую пятёрку лидеров книгоиздания, - книжных магазинов в два раза меньше, чем издательств. Особенно велика пропасть между производителем и потребителем, если оба ориентированы на так называемую некоммерческую литературу. В условиях кризиса независимые издатели пробуют сократить дистанцию без помощи посредников.В последние дни февраля в Москве прошла ярмарка малых издательств «Сделай сам!». Перспективы создания альтернативного книжного рынка изучили «Новости культуры».

подробнее

Новые похождения Колобка в Прослойках

Лев Данилкин ("Афиша") о "Весне" Пепперштейна

«Весна» — еще один сезон из того же цикла, что «Военные рассказы» и «Свастика и Пентагон»; сборник из четырех десятков повестушек, рассказцев и побасенок, один список действующих лиц в которых должен был подтолкнуть издателей к мысли о том, что опубликовать такое в надежде на «коммерческий успех» есть нечто среднее между серьезной авантюрой и легкомысленным самоубийством: яйцо, зеркальце, язык, колобок, сыщик Курский, русалка, Штирлиц и даже «барон Пауль фон Пфефферштайн», «старина Пфеф»: «Ты же так любил жизнь, рыжий верзила! Ты, основатель клуба «Веселые щенята». Одно слово — барон…»

подробнее

Еженедельный журнал "Однако" о "Весне" Пепперштейна

Правильно пишут об идеологе «медицинской герменевтики» Павле Пепперштейне, что в его текстах проявляется физиологическая сторона письма. Когда в конце 1990-х вышла «Мифогенная любовь каст» и стало видно сразу далеко во все стороны света, не нашлось языка для описания произведенного эффекта.

подробнее

Журнал "Нева" об Андрее Аствацатурове

«Долой показуху»

Умело написанная аннотация: “Дебютный роман Андрея Аствацатурова (профессионального филолога, знатока Генри Миллера, внука знаменитого советского литературоведа …) напоминает своей интонацией лучшие страницы Сергея Довлатова, Вуди Аллена и Павла Санаева….” — привлекает к этой книге почитателей таланта перечисленных авторов.

Автобиографический роман написан в жанре легкой городской иронической прозы. Его героями являются окружающие автора люди — родственники и знакомые. Иногда мелькают известные стране медийные лица, например Федор Двинятин.

подробнее